Заголовок: «„Дошиков„ и „роллтончиков“ нет». Как работает минское кафе, где надо самому себе варить лапшу Что только ни открывалось в доме напротив Михайловского сквера, но вот корейской лапшичной самообслуживания точно еще не было. Формат, который подразумевает самостоятельную готовку в кипятке знакомой всем лапши быстрого приготовления, в принципе новый для Минска. В Юго-Восточной Азии подобное давно и с успехом практикуется в микроскопических «ночниках» — комбини, наш же Nodl позиционирует себя все-таки как полноценное заведение. Заглянули в уже успевшее пошуметь в соцсетях место, посмотрели, как там все устроено, и пообщались с его создательницей о стереотипах про «дошик», подростковых субкультурах и острых ощущениях.

Как корейская лапшичная появилась в бывшей советской квартире

Среди полок с десятками видов упаковок лапши быстрого приготовления, стендов с азиатскими снеками и холодильников, заполненных напитками в ярких баночках, нас встречает Инна — основательница Nodl.

За свои 44 года белоруска успела развить три других бизнеса, поработать в должности гендиректора зарубежной компании, подняться на Эльбрус и стать успешным тренером по саморазвитию. Общепит, да еще и в непривычном для Беларуси формате — новая авантюра, на которую ее подбила партнер по проекту, вдохновленная частыми поездками в Сеул.

— Мне всегда хотелось привезти в Беларусь что-то такое, что будет помогать людям расширять кругозор. Заходить в сферу общепита долго отказывалась, обо всех сложностях знаю от опытных друзей, которые постоянно говорили: не надо. Но когда она [партнер по бизнесу] предложила эту идею, все-таки решилась. К тому же у меня дочка — фанатка K-pop. Сама я тоже вижу, что корейская культура в мейнстриме. Не то чтобы сильно погружена в нее…

От дочки только наслушалась о том, что люди с азиатским разрезом глаз — самые красивые и как она хочет выйти замуж за корейца (смеется. — Прим. Onlíner). Говорю, что не против.

Еще одной важной мотивацией для Инны стало беспокойство о том, что ровесницам ее дочери, да и в целом современному поколению, условно, от 14 до 20 толком негде тусоваться компаниями в центре города, кроме фудкортов в ТЦ. На самом деле, это явление приобрело уже настолько серьезные масштабы, что выродилось в отдельную подростковую субкультуру — «фудкортницы», или «настиксы» (в этимологию погружаться не будем, это надолго). В основном так называют всех этих девочек в джинсах багги, которые по три часа едят одну картошку фри на семерых за большим столом, чем страшно раздражают уставших после шопинга взрослых.

— Ну конечно, мы сами тусовались и на крышах, и в подъездах, но сейчас-то, когда в мире столько всего, просто сидеть на фудкорте… В общем, я решила, что можно рискнуть создать в том числе и сообщество, место для подростков, студентов. У нас даже вся деятельность началась со встречи клуба просмотра дорам: ребята сами написали нам, спросили, можно ли что-то провести. Меня лично такое приводит в восторг. Пусть сама могу до конца не понимать эту культуру, но получаю огромное удовольствие, когда вижу людей, которые искренне чем-то увлечены.

Инна, впрочем, подчеркивает, что Nodl — это в первую очередь бизнес-проект, и запущен он не на романтическом заряде. От идеи до реализации прошло около года — все это время команда изучала направление, проводила маркетинговые исследования. Съездили в Москву, посмотрели, как это работает там, на рынке, более близком к белорусскому. К слову, для Беларуси лапшичная самообслуживания — формат не совсем новый: одну такую уже открывал в Гродно местный блогер, мы даже успели там побывать. Но, как выяснилось, теперь она тоже часть проекта Nodl.

— В процессе запуска начали изучать, как работает гродненская лапшичная «Джонго», и выяснили, что она уже продается: владелец снял сливки, дальше его вся эта тема перестала интересовать. Купили заведение, и, пока в Минске шел ремонт, два месяца тестировали процессы там. Мы с самого начала размышляли о сети и франшизе, но не до конца понимали, как все это устроено.

В итоге почти случайно вышло так, что лапшичная в Гродно стала нашим первым заведением и вторым в сети Nodl. С декабря-января оно уже будет работать под новой вывеской.

Владелица обращает наше внимание на помещение: оказывается, лапшичная появилась на месте квартиры 1950-х годов, остатки которой обнаружились под несколькими слоями гипсокартона. Вайб решили оставить, что не сохранилось — воссоздать. Винтажную плитку собирали по всей Беларуси, старые обои клеили, потом специально обдирали. Инна улыбается: молодежь сейчас на удивление шарит в теме прошлого, и микс советского ремонта с азиатским неоном вопросов не вызывает. Делать все «под Корею» не старались, чтобы не выглядело кринжово.

— Слушайте, ну, если представить, что эту лапшичную держали четыре поколения корейской семьи и наследники решили ее немного осовременить, то она так и выглядит.

— Осталось только ее немножечко подза***ть (смеется. — Прим. Onlíner): слишком чисто у нас пока. Хотя зашли как-то два корейца, ходили, смотрели, потом спросили: «А это тоже корейцы открыли?» Говорю, что нет, это я. Они такие: «Ого, ну, у вас все получилось». Было очень приятно слышать.